Неточные совпадения
Этот ничтожный трактирный разговор имел чрезвычайное на него влияние при дальнейшем
развитии дела: как будто действительно
было тут какое-то предопределение, указание…
Тут являлось даже несколько более того, о чем он мечтал: явилась девушка гордая, характерная, добродетельная, воспитанием и
развитием выше его (он чувствовал это), и такое-то существо
будет рабски благодарно ему всю жизнь за его подвиг и благоговейно уничтожится перед ним, а он-то
будет безгранично и всецело владычествовать!..
Но тем не менее ему опять-таки
было ясно, что Соня с своим характером и с тем все-таки
развитием, которое она получила, ни в каком случае не могла так оставаться.
Но «гуманный» Андрей Семенович приписывал расположение духа Петра Петровича впечатлению вчерашнего разрыва с Дунечкой и горел желанием поскорее заговорить на эту тему: у него
было кой-что сказать на этот счет прогрессивного и пропагандного, что могло бы утешить его почтенного друга и «несомненно» принести пользу его дальнейшему
развитию.
В этом свидетельстве сказано
было: «Я, нижеподписавшийся, свидетельствую, с приложением своей печати, что коллежский секретарь Илья Обломов одержим отолщением сердца с расширением левого желудочка оного (Hypertrophia cordis cum dilatatione ejus ventriculi sinistri), а равно хроническою болью в печени (hepatis), угрожающею опасным
развитием здоровью и жизни больного, каковые припадки происходят, как надо полагать, от ежедневного хождения в должность.
— Но я всё-таки не знаю, что вас удивляет. Народ стоит на такой низкой степени и материального и нравственного
развития, что, очевидно, он должен противодействовать всему, что ему чуждо. В Европе рациональное хозяйство идет потому, что народ образован; стало
быть, у нас надо образовать народ, — вот и всё.
— Но в том и вопрос, — перебил своим басом Песцов, который всегда торопился говорить и, казалось, всегда всю душу полагал на то, о чем он говорил, — в чем полагать высшее
развитие? Англичане, Французы, Немцы — кто стоит на высшей степени
развития? Кто
будет национализовать один другого? Мы видим, что Рейн офранцузился, а Немцы не ниже стоят! — кричал он. — Тут
есть другой закон!
— Положим, княгиня, что это не поверхностное, — сказал он, — но внутреннее. Но не в том дело — и он опять обратился к генералу, с которым говорил серьезно, — не забудьте, что скачут военные, которые избрали эту деятельность, и согласитесь, что всякое призвание имеет свою оборотную сторону медали. Это прямо входит в обязанности военного. Безобразный спорт кулачного боя или испанских тореадоров
есть признак варварства. Но специализованный спорт
есть признак
развития.
—
Есть две стороны, — продолжал снова Алексей Александрович, — исполнителей и зрителей; и любовь к этим зрелищам
есть вернейший признак низкого
развития для зрителей, я согласен, но…
Ему казалось, что при нормальном
развитии богатства в государстве все эти явления наступают, только когда на земледелие положен уже значительный труд, когда оно стало в правильные, по крайней мере, в определенные условия; что богатство страны должно расти равномерно и в особенности так, чтобы другие отрасли богатства не опережали земледелия; что сообразно с известным состоянием земледелия должны
быть соответствующие ему и пути сообщения, и что при нашем неправильном пользовании землей железные дороги, вызванные не экономическою, но политическою необходимостью,
были преждевременны и, вместо содействия земледелию, которого ожидали от них, опередив земледелие и вызвав
развитие промышленности и кредита, остановили его, и что потому, так же как одностороннее и преждевременное
развитие органа в животном помешало бы его общему
развитию, так для общего
развития богатства в России кредит, пути сообщения, усиление фабричной деятельности, несомненно необходимые в Европе, где они своевременны, у нас только сделали вред, отстранив главный очередной вопрос устройства земледелия.
Организм, разрушение его, неистребимость материи, закон сохранения силы,
развитие —
были те слова, которые заменили ему прежнюю веру.
Другое
было то, что, прочтя много книг, он убедился, что люди, разделявшие с ним одинаковые воззрения, ничего другого не подразумевали под ними и что они, ничего не объясняя, только отрицали те вопросы, без ответа на которые он чувствовал, что не мог жить, а старались разрешить совершенно другие, не могущие интересовать его вопросы, как, например, о
развитии организмов, о механическом объяснении души и т. п.
— Да это совершенно напрасно. Эта сила сама находит, по степени своего
развития, известный образ деятельности. Везде
были рабы, потом metayers; [арендаторы;] и у нас
есть испольная работа,
есть аренда,
есть батрацкая работа, — чего ты ищешь?
— У меня года два, до весны текущего, тоже
была эдакая, кругленькая, веселая, мещаночка из Пскова. Жена установила с нею даже эдакие фамильярные отношения, давала ей книги читать и… вообще занималась «интеллектуальным
развитием примитивной натуры», как она объяснила мне. Жена у меня
была человечек наивный.
Нехаева не уезжала. Клим находил, что здоровье ее становится лучше, она меньше кашляет и даже как будто пополнела. Это очень беспокоило его, он слышал, что беременность не только задерживает
развитие туберкулеза, но иногда излечивает его. И мысль, что у него может
быть ребенок от этой девицы, пугала Клима.
— Физиология учит, что только девять из наших органов находятся в состоянии прогрессивного
развития и что у нас
есть органы отмирающие, рудиментарные, — понимаешь?
Он
был крепко, органически убежден, что ошибаются и те и другие, он не мог думать иначе, но не усваивал, для которой группы наиболее обязателен закон постепенного и мирного
развития жизни.
Сохранение пропорциональностей частей тела также не маловажно, ибо гармония
есть первейший закон природы. Многие градоначальники обладают длинными руками, и за это со временем отрешаются от должностей; многие отличаются особливым
развитием иных оконечностей или же уродливою их малостью, и от того кажутся смешными или зазорными. Сего всемерно избегать надлежит, ибо ничто так не подрывает власть, как некоторая выдающаяся или заметная для всех гнусность.
Положим, что прецедент этот не представлял ничего особенно твердого; положим, что в дальнейшем своем
развитии он подвергался многим случайностям более или менее жестоким; но нельзя отрицать, что,
будучи однажды введен, он уже никогда не умирал совершенно, а время от времени даже довольно вразумительно напоминал о своем существовании.
— То
есть, если хочешь, я одной с тобой философии, вот это
будет справедливо. Je pense donc je suis, [Я мыслю, следовательно, я существую (фр.).] это я знаю наверно, остальное же все, что кругом меня, все эти миры, Бог и даже сам сатана — все это для меня не доказано, существует ли оно само по себе или
есть только одна моя эманация, последовательное
развитие моего я, существующего довременно и единолично… словом, я быстро прерываю, потому что ты, кажется, сейчас драться вскочишь.
Нет, докажем, напротив, что прогресс последних лет коснулся и нашего
развития и скажем прямо: родивший не
есть еще отец, а отец
есть — родивший и заслуживший.
Я же возразил ему, что, напротив, церковь должна заключать сама в себе все государство, а не занимать в нем лишь некоторый угол, и что если теперь это почему-нибудь невозможно, то в сущности вещей несомненно должно
быть поставлено прямою и главнейшею целью всего дальнейшего
развития христианского общества.
Скорее можно думать, что мир вступает в период длительного неблагополучия и что темп его
развития будет катастрофический.
Но на высоких ступенях исторического
развития вся материальная жизнь роковым образом перестает
быть священной.
В самой глубине народной жизни, у лучших людей из народа никакого народничества нет, там
есть жажда
развития и восхождения, стремление к свету, а не к народности.
Но этот процесс роста и
развития не
есть движение в сторону, к какой-то «интернациональной Европе», которой нигде на Западе нельзя найти, это — движение вверх, движение всечеловеческое в своей национальной особенности.
Рост и
развитие всякого национального бытия не
есть переход его от национального своеобразия к какой-то интернациональной европейской цивилизации, которой совсем и не существует.
В нашей истории отсутствовало рыцарское начало, и это
было неблагоприятно для
развития и для выработки личности.
В одном из своих аспектов мировая война должна
быть признана неотвратимым и роковым моментом в
развитии и диалектике империализма.
Некоторые славянофильствующие и в наши горестные дни думают, что если мы, русские, станем активными в отношении к государству и культуре, овладевающими и упорядочивающими, если начнем из глубины своего духа создавать новую, свободную общественность и необходимые нам материальные орудия, если вступим на путь технического
развития, то во всем
будем подобными немцам и потеряем нашу самобытность.
Национальность и борьба за ее бытие и
развитие не означает раздора в человечестве и с человечеством и не может
быть в принципе связываема с несовершенным, не пришедшим к единому состоянием человечества, подлежащим исчезновению при наступлении совершенного единства.
Национализм же
есть пребывание в природно-относительном, в историческом
развитии.
Св. Франциск возможен
был лишь при натуральном, примитивном хозяйстве, и потому да здравствуют элементарные формы материальной жизни, не
будем допускать
развития!
Есть неотвратимая жестокость в
развитии жизни, и при исполнении заповеди жесткости и твердости эта жестокость может уменьшиться и сократиться.
Было уже сказано, что моральное и духовное
развитие не соответствует техническому
развитию и что это создает главную причину нарушения равновесия человека.
Капитализм осужден не только потому, что в нем
есть моральное зло эксплуатации, но также и потому, что капиталистическая экономика перестала
быть продуктивной, мешает дальнейшему
развитию производственных сил и исторической необходимостью обречена на смерть.
Есть жестокость и болезненность во всяком процессе
развития, во всяком выходе из состояния покоя и бездвижности, во всяком восхождении.
Историческая судьба русского народа
была жертвенна, — он спасал Европу от нашествий Востока, от татарщины, и у него не хватало сил для свободного
развития.
Важно не человеческое
развитие рабочих или крестьян, не повышение их человеческого достоинства и качественности, не рост их силы, которая всегда ведь
есть духовная сила, а постановка их в такие условия, утилитарно нужные.
Но значение империализма, как неизбежного фазиса
развития современных обществ, для объединения человечества на всей поверхности земли и для создания космической общественности может
быть признано безотносительно к положительному пафосу империализма.
Есть только один исторический путь к достижению высшей всечеловечности, к единству человечества — путь национального роста и
развития, национального творчества.
Обращение к элементарному органическому прошлому, идеализация его, боязнь страдальческого
развития есть малодушие и любовь к покою, леность духа.
Если Россия хочет
быть великой империей и играть роль в истории, то это налагает на нее обязанность вступить на путь материального технического
развития.
Отсталость России должна
быть преодолена творческой активностью, культурным
развитием.
Национализм
есть положительное благо и ценность, как творческое утверждение, раскрытие и
развитие индивидуального народного бытия.
Если бы вследствие
развития появился совершенно новый субъект, новая личность, то
развития не
было бы.
Своеобразие более всего должно
быть обнаружено на высших, а не на низших стадиях
развития.
Весь период третьей республики
был постепенным
развитием мещанской жизни, плодом безрелигиозного, атеистического духа.
И если, «паче чаяния», в ней откроется ему внезапный золотоносный прииск, с богатыми залогами, — в женщинах не редки такие неожиданности, — тогда, конечно, он поставит здесь свой домашний жертвенник и посвятит себя
развитию милого существа: она и искусство
будут его кумирами. Тогда и эти эпизоды, эскизы, сцены — все пойдет в дело. Ему не над чем
будет разбрасываться, жизнь его сосредоточится и определится.
Он любил ее, эту родоначальницу наших знаний, нашего
развития, но любил слишком горячо, весь отдался ей, и от него ушла и спряталась современная жизнь. Он
был в ней как будто чужой, не свой, смешной, неловкий.